Юрист Виктория Шергина провела прямой эфир с детским врачом-трансплантологом. Михаил Михайлович Каабак — уникальный специалист. Она задала волнующие многих родителей вопросы о посмертном донорстве взрослых и детей.

Работа в НЦЗД.

Врач-трансплантолог М.М. Каабак о новом законе донорства органов: "Сейчас все доноры по умолчанию".
Детский врач-трансплантолог Михаил Каабак (nczd.ru)

История увольнения Михаила Каабака и Надежды Бабаевой прогремела на всю Россию в ноябре прошлого года. Благодаря огласке удалось вернуть работу уникальным врачам, которые проводят операции по трансплантации почек маловесным детям. В начале беседы Виктория решила уточнить как работается команде в новых условиях:

«Нам работается не просто, сталкиваемся с множеством препятствий. До сих пор не оформили ни одну врачебную комиссию, хотя у нас больше 10 пациентов прошли врачебные консилиумы. Обещают, что она будет завтра. Сегодня тоже сказали, что она будет завтра. Мы с Алексеем Николаевым обсуждали, разработали план мероприятий по преодолению такого веского сопротивления. Будем действовать. Врачебная комиссия нужна для того, чтобы добывать лекарство, которое мы используем офлейбл» — говорит Михаил Михайлович.

Пациенты получают препараты из старых, не использованных запасов, купленных с поддержкой фондов. Ближайшая родственная трасплантация, которую проведут врачи, намечена на 11 февраля.

Новый законопроект о донорстве органов и их трансплантации.

Виктории в Instagram поступает много сообщений от обеспокоенных женщин. Все напуганы принятием нового закона и тем, как его будут использовать недобросовестные врачи. Люди в панике выясняют, каким образом можно обезопасить себя и детей от «чёрных трансплантологов», чтобы их в больнице на разобрали на органы.

Михаил Каабак почти 30 лет пересаживает почки детям от родственников и посмертных доноров. Люди убеждены, что трансплантолог — это человек, заинтересованный в смерти пациента для изъятия органов.

Трансплантологи изымают органы?

«То, что хирурги, которые занимаются трансплантацией не занимаются изъятием органов умерших людей — это касается, пожалуй, только Москвы. В Москве существует координационный центр, который занимается накоплением информации о людях, которые нуждаются в трансплантации. Наблюдают за стационарами, где умирают люди при условиях, которые допускают изъятие органов. Координируют изъятие у умерших людей органов, совмещают их с теми информационными и биологическими образцами, которые имеются у них в распоряжении и подбирают реципиента» — поясняет врач-трансплантолог.

Согласно ст. 66 «Закона об основах охраны здоровья граждан в РФ», при констатации смерти мозга присутствуют врач-реаниматолог и врач-невролог с опытом работы по специальности не менее 5 лет. В процедуре не участвуют специалисты, которые изымают органы и занимаются трансплантацией.

Как диагностируют смерть мозга?

Человек, находится в глубокой коме. У него нет рефлексов, замыкающихся на уровне головы. Например, зрачковый (зрачок сужается на свет и расширяется без воздействия света) и множество других. Отсутствие рефлексов должно быть установлено дважды с интервалом в 6 часов. У детей с интервалом 12 часов. Должны быть соблюдены некоторые клинические условия:

  • Во-первых, человек должен иметь нормальную, не сильно пониженную температуру. Есть состояния, которые могут симулировать смерть мозга. При глубокой гипертермии (если человек замерз) могут отсутствовать рефлексы.
  • Во-вторых, не должно быть признаков того, что человек находится под действием наркотиков или других медикаментозных препаратов, симулирующих смерть мозга. При подозрении врачи назначают лабораторные тесты на отсутствие в крови наркотиков и релаксантов (вызывают отсутствие движения мышц).
  • В третьих, у человека не должно быть самостоятельного дыхания. Он может дышать только с помощью аппарата искусственной вентиляции легких. Это требование российского законодательства. Как проверяется отсутствие дыхания? При запуске процедуры диагностики, отключается аппарат ИВЛ. У пациента берут образцы крови на уровень углекислого газа. При отсутствии самостоятельного дыхания результат достигнет 60 мм.рт.ст. Только после этого делаются выводы об отсутствии самостоятельного дыхания.

«60 — это запредельно высокая цифра, которой у обычных людей не бывает никогда. Даже у дайверов и подводников» — говорит Михаил Михайлович.

Вдруг человек выйдет из комы через несколько лет?

Многие помнят сериал «Санта-Барбара», где герой СиСи Кэпвелл пролежал в коме 10 лет и вышел из неё. Подписчики Виктории интересуются, что если пациент сможет позже выйти из комы, а произошло непоправимое (он стал донором):

«Вика, он сам дышал. СиСи Кэпвелл лежал в коме 2 степени, не 4. Не мог кушать, не разговаривал, не слышал, наверно, никого, не видел ничего, но дышал самостоятельно. Это не та кома, при которой диагностируют смерть мозга» — отвечает доктор.

При каких обстоятельствах случается смерть мозга?

Смерть мозга возникает в результате полного отсутствия кровотока в мозге. Может быть вызвана травмами, кровоизлияниями, тромбозами мозговых сосудов. В некоторых случаях можно сделать операцию и спасти пациента, но не всегда получается это сделать.

«Мозг питают четыре артерии. Внутри они соединяются в виде специальных перетоков, которые напоминают железнодорожные развязки крупных вокзалов. Достаточно одной артерии из четырёх, чтобы мозг не погиб. Человек может очень сильно болеть, будет как тот СиСи Кэпвелл или еще хуже, но это не будет смертью мозга, при которой можно изымать органы. Не должно быть кровотока во всех 4 артериях» — говорит Михаи Каабак.

На каких аппаратах можно с точностью подтвердить смерть мозга?

Ангиография сосудов головного мозга может точно определить есть кровоток в мозге или он отсутствует. По мнению Михаила Михайловича, ультразвук не годится для диагностики, потому как результат напрямую зависит от опытности специалиста, который может совершить ошибку.

Ангиографию не делают в реанимации, что создаёт сложности её использования. Пациента опасно перевозить, если он сильно травмирован. Поэтому процедура не считается обязательной для диагностики смерти мозга.

Врачи торопятся диагностировать смерть мозга, чтобы изъять органы?

Нет, не торопятся, если рассматривать исходя из презумпции добросовестности людей (никто не коррумпирован и работают честно). Врачи не заинтересованы, чтобы этот конкретный человек стал донором органов.

Пока идёт диагностика смерти мозга, анализы на гепатит или сифилис могут оказаться положительными, что препятствует донорству в нашей стране. Михаил Михайлович считает это не правильным:

«Органы с гепатитом B можно пересаживать пациентам с гепатитом B. В случае гепатита С сложнее. Вирус имеет множество разных генотипов и мы человеку, инфицированному вирусом одного типа, можем пересадить вирус другого типа. Тем не менее, на западе такие операции делаются. Тем более в наше время, когда два или три года существует эффективная противовирусная терапия гепатита С. Сифилис не проблема. Возбудители погибают при охлаждении в той температуре, в которой охлаждаются органы за 20 минут. Поэтому простая холодовая консервация уничтожает возбудителей сифилиса. Тем не менее, наши регламенты требуют отказаться от использования органов с гепатитом, сифилисом и ВИЧ» — рассказывает врач-трансплантолог.

Можно обойти систему и купить орган?

Виктория привела гипотетическую ситуацию. К вам приходит отец ребенка и говорит, что отдаст любые деньги. Он просит организовать трансплантацию органа. Сколько врачей задействовано в цепочке и кому придется заплатить?

«Такие вещи возможны и мы наслышаны от трансплантациях господина Рокфеллера в Америке. Даже в такой надежной системе здравоохранения, что защищена от коррупции больше, чем наша. Как защитится от коррупции? Никак. Чисто теоретически это возможно» — рассуждает Михаил Михайлович.

Для чего нужны регистры в России и чем они помогут в борьбе с коррупцией?

Врач считает, что нужна максимально открытая информация о движении донорских органов и реципиентах. В 2019 году проведено более двух тысяч трансплантаций органов. Нет информации кто эти люди, сколько они ждали свои органы. Известно сколько трансплантаций было у детей, сколько у взрослых.

Регистр поможет обрабатывать информацию по всем институтам и клиникам, где пересаживают органы. Медицинское учреждение, в котором будет неприлично низкая продолжительность ожидания, вызовет подозрения. Это надёжный способ, предотвращающий гипотетическую ситуацию с подкупом врачей.

Электронные медкарты содержат информацию о параметрах для донорства?

«Информацию о донорстве из электронной карты получить нельзя. Это специальные анализы, но никто не запрещает подозревать, что медики сделают их помимо воли пациента. Поэтому для обеспокоенных таким сценарием, нужны регистры с заявлениями, где люди могут зарегистрировать свой отказ от посмертного донорства. Те, чьи данные в регистре есть, не смогут стать посмертными донорами ни при каких обстоятельствах» — говорит Каабак.

Что не так с новым законопроектом о донорстве органов?

  • Волеизъявление в письменном виде (удобнее зарегистрироваться на сайте и заполнить форму согласия или отказа. Письменное волеизъявление нужно нести в медицинское учреждение)
  • Не гибкая система волеизъявлений (человек может изменить решение и должен иметь возможность менять свою волю)
  • Донором не может стать человек, умерший от остановки сердца (в законе обязательным условием является диагностика смерти мозга)
  • Ограниченный список органов для трансплантации.
  • Непрозрачность регистра реципиентов (тот самый гипотетический дядя с деньгами может быть в этом закрытом списке)
  • Нет регистра согласия (есть только регистр отказов)

Сейчас все по умолчанию доноры.

Согласно действующему закону, у вас могут изъять органы. Врачи не обязаны спрашивать согласия ваших родственников. Для отказа от изъятия органов нужно:

  • Обратиться в медицинскую организацию или к нотариусу, написать письменный отказ от изъятия органов.
  • Всегда носить отказ с собой.

Почему это не поможет? Во-первых, отказ не всегда удобно носить с собой. Его можно забыть дома, потерять. Во-вторых, в случае непредвиденной ситуации, ваш отказ не будут искать в личный вещах. Электронный регистр для этого подходит надёжнее.

«Сейчас все доноры по умолчанию» — говорит Михаил Михайлович.

Детское посмертное донорство.

Врач-трансплантолог М.М. Каабак о новом законе донорства органов: "Сейчас все доноры по умолчанию".

С шумихой вокруг закона, матери стали бояться подписывать бумаги на медицинское вмешательство в медицинских учреждениях, школах и садах. Врач-трансплантолог рассказал о детском донорстве в России.

Пересаживают детские органы в России?

Михаил Михайлович — детский врач-трансплантолог. Он пересаживает взрослые почки маловесным детям. В России три года как создана нормативная детская база, но ни одного случая детского посмертного донорства не зафиксировано.

Медицинское педиатрическое сообщество не довольно системой, в которой нет прозрачности. Поэтому они не готовы принимать активное участие в посмертном донорстве у детей. Ситуация изменится, если появятся условия контролировать справедливость и надёжность распределения донорских органов. Михаил Михайлович уверен, что сделать систему, которая не вызывает у общественности сомнения и вопросов не сложно.

Утешение для родителей больных детей.

Доноры органов воспринимаются за границей не так критично, как в России. Для некоторых родителей посмертное детское донорство может стать утешением. Если мама знает, что ребёнок умирает, но после смерти поможет другому ребёнку выжить — это может стать для неё утешением.

Посмертное детское донорство возможно только в случае согласия одного родителя. Закон, который действует с 2011 года защищает детей. Без информативного согласия посмертное донорство у ребёнка, не достигшего восемнадцати лет, невозможно. Юристы пришли к решению, что достаточно одного мнения родителя, если мнение другого отсутствует. Но в случае, если оба родителя не могут договориться, посмертное донорство исключается.

«Сейчас детское донорство возможно по закону, но фактически его нет» — объясняет врач.

Какие взрослые органы можно пересадить ребёнку?

Детского посмертного донорства в России нет, но потребность в пересадке органов у детей есть. Взрослый может дождаться трасплантации, а как быть с детьми, если для пересадки нет детских органов? Как врачи-трансплантологи выходят из этой непростой ситуации?

Михаил Каабак пересаживает малышам взрослые почки. Физиологически почка не делима, её нельзя уменьшить для пересадки в детское тело. Приходится работать с тем, что есть. Для трасплантации от взрослого можно использовать часть печени. Лёгкое при необходимости можно уменьшить в размерах (обрезать), но процедура делается с особой осторожностью.

Детям после десяти лет можно пересадить сердце небольшого взрослого. Ребёнок младше десяти лет остаётся без помощи. Раньше из России за государственные деньги отправляли на трансплантацию в Индию.

«Это противоречило воззрениям международного донорского сообщества, в которое входит Россия. Нельзя трансплантировать органы заграничным гражданам в ущерб собственным гражданам. В Индии до последнего времени законодательство позволяло это делать. Под влиянием международных организаций Индия отступила. Дети остались бех помощи» — поясняет Каабак.

У стран есть моральные обязательства, которые призывают не поддерживать туристическую трансплантологию за государственный счёт. Обязательство направлено на то, чтобы трансплантология развивалась внутри каждой страны и у людей была возможность получать помощь, не выезжая за пределы своего государства. Россия долгое время нарушала это обязательство.

Могут иностранные граждане пересаживать себе органы в России?

На вопрос невозможно получить ответа. Если в России и есть туристическое донорство, то данные по нему закрыты. Никто не может узнать были ли такие трансплантации. По словам Михаила Каабака, в НЦЗД туристам не проводят таких операций.

Заплатила потенциальному донору за орган и привела в больницу. Сделают пересадку?

Сначала нужно доказать родственную связь. Генетический анализ не требуется по закону, только документы. Но можно обойти правила, подделав документы. Чисто теоретически в России это возможно.

Родственное донорство снижает вероятность эксплуатацию доноров со стороны реципиентов. Для того, чтобы привести донора, нужно пройти много препятствий и значительно потратиться, что сдерживает от нарушения закона.

«Человек, который захочет вам отдать свою почку или часть печени может не быть вашим генетическим родственником, но быть намного ближе родственников. Супруги не могут быть донорами друг другу и лишены возможности перекрестного донорства, когда внутри семьи не совместимы, но с другой парой совместимы. Принцип домино. Это не сильно ломает иммунитет. Требование генетического родства — спорная вещь. Закон необходимо доработать» — говорит Михаил Каабак.

Религия запрещает живое и посмертное донорство?

В случае согласия потенциального донора, религия разрешает живое и посмертное донорство.

Можно посмотреть интервью по ссылке на ютуб.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *